loading...



Курашов Сергей

Кстово.руНаш земляк Сергей Курашов погиб в Чечне пятого августа 1996 года.
На официальных документах, в том числе и в тексте телеграммы, в которой командир воинской части сообщает матери о смерти сына, он - Сергей Николаевич Курашов. Для матери, Веры Владимировны, он был и остается Сережей.
Сережа погиб в Чечне 15 лет назад, пятого августа 1996 года, в неполные двадцать лет. До дня рождения, 26 августа, не дожил три недели, до увольнения домой - три месяца.
С фотографий, которые Вера Владимировна принесла в редакцию, смотрит вихрастый мальчишка. Мальчишка этот любил рыбалку, подолгу пропадая на берегу Волги с удочкой, и мечтал быть водителем большой грузовой машины.
- Это Сережа на паспорт фотографировался, - объясняет Вера Владимировна. - Вообще он рос очень добросовестным мальчиком. Восемь классов шестой школы закончил и твердо сказал: «Пойду работать!». Я отговаривать не стала - хочет попробовать, пусть пробует. Он устроился работать на деревообрабатывающий завод, с работы приходил и бежал в вечернюю школу - заканчивал девятый класс. Потом сказал: «Буду учиться в ПТУ на сварщика!» - понял, что в жизни нужна специальность.
Выучился, прошел производственную практику («Очень гордился тем, что ему доверяли самому варить шов», - вспоминает Вера Владимировна), получил диплом. До ухода в армию (Сергея призвали в ноябре 1994 года) оставалось совсем немного времени - на работу устраиваться уже было некогда. Зато вполне хватило времени для курсов управления автомобилем.
- Обоих сыновей отец - водитель грузовых машин, с детства приучил к рулю: маленькими сидели они у него на коленях. Вот и Сережа все мечтал, стоило ему увидеть на улице большую машину: «Мам, я на такой работать буду!». Потому и права получил перед армией: надеялся, что на службе будет управлять военной машиной. А вот как получилось... - взгляд Веры Владимировны рассеянно скользит по странице открытой Книги Памяти с портретом ее сына.
Сергей попал в воздушно-десантные войска. Год прослужил в Анапе. Дважды Вера Владимировна навещала там своего Сережу: сначала приезжала на присягу, потом просто повидаться. Тогда-то и видела она сына в последний раз... И при встречах, и в письмах наказывала: «Сережа, пожалуйста, не езди в Чечню, отказывайся!». Затем полгода Сергей прослужил в Новороссийске, откуда в мае его часть отправили в Чечню, в Грозный, для охраны Дома Правительства.
В письмах (их у Веры Владимировны осталась целая стопа, сын часто писал домой: рассказывал о прыжках с парашютом, поздравлял с праздниками) Сергей всегда писал о том, что у него все хорошо, старался не волновать домашних. Вот и о Чечне, щадя мать, написал сначала брату: «Андрей, я в Чечне. Только матери не говори, я сам ей потом напишу». Это письмо Вера Владимировна случайно нашла. Так и узнала, что то, от чего предостерегала сына, все же случилось. Потом Сергей написал и ей, успокаивая: «Попал с хорошими ребятами, питания хватает». Мать же просила об одном: беречь себя.
О том августовском дне, когда ей принесли страшную телеграмму, Вера Владимировна не может вспомнить без слез. Как осторожно давала ей почтальон телеграмму, прося расписаться, как закрыла дверь, прочитала первые строки и все поняла...
- «С глубоким прискорбием сообщаем Вам, что Ваш сын, Курашов Сергей Николаевич, выполняя воинский долг, умер пятого августа 1996 года. Ваш сын Сергей выполнял боевую задачу в составе народного подразделения Чеченской республики, он был очень добросовестным ... - Вера Владимировна читает, и голос ее срывается. - ... и ответственным военнослужащим, все распоряжения выполнял в срок. Как один из наиболее подготовленных воинов, по его личной просьбе, он был направлен в Чеченскую республику. Пятого августа он нес службу по охране военного городка, когда смена шла менять его на посту, Сергею стало плохо, он неожиданно потерял сознание. Подбежавшие товарищи пытались ему помочь, но безрезультатно. Предварительный диагноз - острая сердечная недостаточность, вызванная тепловым ударом».
Тепловой удар этот - от разрыва снаряда или мины - был страшной силы.
Пятеро военнослужащих, сопровождавших гроб с телом Сергея, открыть его не разрешили.
- Сказали, лучше не надо. Уверили только, что там точно Сережа. Пятнадцать лет прошло, а мне, знаете, порой кажется, как слышу, что открывается входная дверь, что он сейчас крикнет, как всегда, когда возвращался домой: «Мама, ты дома?».

Ольга Прокофьева, gazeta-olga-zem@mail.ru
Фото из личного архива Веры Курашовой
Газета «ЗЕМЛЯКИ» №5 (758) 12 февраля 2011 г.


Прочитано: 1666 раз(а)


© 2017 ООО «ИД «Земляки»



В КОНТАКТЕ С КСТОВО.РУ